Главная // Книжная полка // Наталья Савейкова // Колыбель земли... Из книги «Свет вечерний» 2015

НАТАЛЬЯ САВЕЙКОВА

6. КОЛЫБЕЛЬ ЗЕМЛИ


Источник: Наталья Савейкова. Свет вечерний. Москва, «Авторская книга», 2015, стр. 121-142

Скачать PDF


*  *  *

Мнутся шёлковые травы,
мягок мох в лесу недальнем,
где нашли мы голубику
и малины спелой горсть.
Испаряются под солнцем
наши давние обиды.
Погостим здесь до обеда,
подберёзовик найдём.
В тишине, живущей чутко,
нам покажется, что были
мы для счастья рождены.

2009




*  *  *

Май такое время года,
что изменчива погода.
Лист к листочку,
почка к почке –
отлетает шелуха.
В котелке кипит уха,
окуньки в реке играют,
одуванчики взлетают,
парашютами шурша.
Что ты маешься, душа?
Что ты ищешь в небе синем?
Тяжко, стыло…
                   Словно иней,
в котелке вскипает соль.
Бабочкою бьётся боль,
окуньком в твоём садке,
белой птицею в руке…

2011




*  *  *

Не душно, не темно,
а просто время,
как выпавший птенец
в траве пожухлой…
Как будто родилась
уже старухой.
Капель размеренно
стучится в темя –
сошла с ума
иль выжила из лет…

Но дождик моросит,
и пахнут пряно
сандалового дерева скелет,
пучок засушенный
ползучего тимьяна…

И пыльный город
прячется в кусты,
и ночь скрывает
времени черты,
и профиль Богородицы…

Когда-то
здесь жили боги
в миртовых лесах.
Плоть дерева
крылата и распята
на низких
и багровых небесах.

2002




*  *  *

Примеряю на себя
Все личины, все наряды,
Царства, пышные обряды...

Под короной и венцом –
С озадаченным лицом:
Дева, юная служанка,
Записная парижанка,
Пахарь с плугом,
Лучник с луком –
Песней,
           лютней,
                   звоном,
                          звуком!..

Ах, ещё б побыть
                          собой
Да померяться с судьбой,
Век прожить.
               И всё принять,
И хоть что-нибудь понять
Из того, что знает ветер,
Шепчут звёзды,
                  помнят дети.

1997




*  *  *

Эта злость – ниоткуда,
                этот зов – в никуда.
А заплачу, так буду
                знать, что значит беда.
В светлом небе проходят
                облака, облака...
Власть кикимор, уродин,
                схорони дурака.
На столетья, заморыш,
                сослан ты в этот край:
горец птичий иль спорыш
                в раны жизни втирай.
Будешь пить из копытца
                ржавь болотной воды...
Спит покамест столица:
                не звериные лица,
                         не кровавы следы.

1998




*  *  *

Собран виноград давным-давно…
Я пуста, как пуст сосуд разбитый…
Стало уксусом прокисшее вино,
а ведь был божественный напиток.

Вновь сияет свет за грозной тучей…
Новый год – и дни несутся вскачь…
                      Не ищи по свету доли лучшей,
                      никогда не жалуйся, не плачь.

Мне сегодня сон приснился страшный –
побелели пальцы, не разжать…
Нет дорог, и влажный дух над пашней –
весь ли век нам дураков рожать?

Век ничтожен, бедствиями мучит,
мчит земля в пространстве, словно мяч.
                      Не ищи по свету доли лучшей,
                      никогда не жалуйся, не плачь.

Воздух вязок, дождь не утихает,
но гроза ушла на Люблино…

Наступает тьмы пора глухая…
В бочках зреет новое вино…

2012-2015




*  *  *

             Пой душа…
                         А.Т.


День не короток, не мал –
пой душа, твой час настал.
Помнишь плач мой вековой? –
я была его вдовой.
И теперь не знаю сна –
утоли уста, весна.
День и ночь, и ночь, и день
я держу в ладонях тень –
нянчу блудное дитя.
Ночь и день, и ночь спустя.

2007




*  *  *

Куда завела меня ночь?
С земли собираю листья,
волосы осыпаны моросью,
и с веток капает дождь.

Луна слетает с ёлки,
скользит у левого плеча.
Белки спят, а совы
бесшумно летят вслед.

И зыбкая ночь
качает колыбель земли.

2011




ЛЕСНЫЕ СНЫ

1.

В куколках спят бабочки,
а в пруду – лягушки.

Расправляют ласточки
меж ветвей коклюшки:
сказочное кружево,
паутинок нити…

Прошлое разбужено –
спите, спите, спите…


2.

Спит земля, уснуло солнце.
День был выпит весь, до донца,
на тарелке расписной
почивает в лаврах зной.

Лишь не спит огонь в угольях,
да дитя в твоём подоле,
да твоя больная мать…
Ну и мы не будем спать:

вставим ниточку в иголку –
пусть снуёт в руках без толку,
вышивая куст крестом,
осеняя ночь перстом…

2012




*  *  *

Незримое узнать, назвать:
О, глас вечерний, воздух млечный!
Я – наречённая, ты – вечный:
Отец и сын, и дочь, и мать.
Летящий лебедь над водой –
Сокрытый символ мирозданья:
Миг – до рожденья, до – сознанья,
Мир – бесконечно молодой.

1997




*  *  *

К полу́дню умолкла сеть,
звучащая так зазывно -
видно устал паук,
или устала жизнь
ткать паутину дней,
ковать серебро решёток,
стража и сторожа
вместе ушли домой.
Замер последний звук.
Плотным кольцом свернувшись
спит золотой питон -
огненный знак небес.

2003




*  *  *

Бог вдохновенья
                         и удачи –
не на словах.
Шептали губы:
                  пускай судачат,
державный Вакх!
Вернуться – вспомнить –
и быть с тобою,
                     и быть собой.
Живой водою
                  сосуд наполнить –
всех вод водой.
Вернуться: глазом,
смотрящим в небо –
                          всех мёртвых зов.
Не причаститься
                       вином и хлебом,
нет в мире смерти
таких даров.

2004




*  *  *

Так приручают:
погладь
по волосам,
гриве львиной,
золотому руну.
Так обнимают,
вдруг испугавшись
ответной вспышки.
Жёстко натянуты струны
души,
        и ветер
задел струну…
Так понимают,
почём нынче фунт
пшеничной коврижки.

Взмах ладони –
и настороженно
зоркие взоры…
Так приручают,
как крепость
обходят дозором.
Так выбирают
в спутники –
и навеки,
и пылают глаза
во тьме,
что больно глядеть…

Так на брачный стол
выставляют снедь
и улыбаются дерзко,
смежая веки.

2002




*  *  *

О, эта осень, эта осень! –
Неблагодарная ропщу,
Что день промозгл и быт несносен.
И с отвращением к плащу,
Как к разделяющему нечто,
Бреду почти что наугад
Не то вперёд, не то назад...
Жизнь нелегка, но небо вечно...
Иду куда-то и беспечно
Насвистываю всё подряд.

О, этот ветер, этот ветер! –
Вновь раздувает облака,
И дождь проходит сквозь века
В грядущее тысячелетье...
И будет обольщать бессмертьем
И девочку, и старика.

Пока ещё не бьёт озноб
От безысходности, от счастья –
Пусть безопасное ненастье
Остудит воспалённый лоб.
Вдохни сырой настой травы
И принимай дары земные:
Капель дождя, листы резные,
Так расчудесно расписные,
Как храмы на холмах Москвы.

1996




ВКРУГ ЧАШИ КРАСНОГО ВИНА

                        Е. Адамской

Живите радостно, друзья,
живите радостно и просто!
Мы, как грузинские князья,
день оглашаем длинным тостом.

Вот ива ластится к ручью,
вот стол  –  в стволе ветвистой груши…
Я красное вино налью –
пусть хмель согреет наши души.

Пусть длится день…
                         Пусть невпопад
звучат стихи и наши речи.
Но принял нас осенний сад,
и листья падают на плечи.

…Жизнь так проста,
                           что меркнет быт,
не жаль, что денежек не густо…
Она – единственный арбитр,
прекрасна,
чтоб ей было пусто!

2002-2015




*  *  *

                М. Черненко

Пусть все твердят упрямо:
                                        не бывать
в одной упряжке льву и быстрой лани...
Зимою будет снег – и купим сани,
до той поры – хоть в потолок плевать.

Дай провести тебя, дай обмануть,
хоть с Провиденьем
                            не пристало спорить:
твой мёд не сладок, и твой опыт горек,
и будет время всякого хлебнуть.

Ну, что ж, судьба, я приняла тебя,
хоть все шесть чувств и восстают при этом:
пусть в день любой меня сживёшь со свету,
любовь царит,
                    врачуя и губя.

В её владеньях я не знаю сна:
здесь всё в диковинку,
                              и разум как в тумане –
Библейской притчей, сурою в Коране
поёт и шепчет в уши тишина.

Хоть наизнанку вывернись –
                                          болит
душа ли, сердце, óрган без названья
вне чувств и тела,
                            точка мирозданья,
куда доходят лишь клочки молитв.

И жажды вечной мне не утолить:
останься, боль, ещё продлись, помедли,
и даже если это миг последний –
прекрасна жизнь,
                     и есть кого любить.

1997





ДВА ПУТНИКА

И два птенца в руке –
как две разлуки.
И ночь свела двух путников
случайных.
И были там ещё два дерева
тенистых
И на ветвях качался свет
луны.

И в полутьме
давно остыли камни.
И мир дышал покоем
первозданным.
И им казалось
просто невозможным
уснуть...

Покуда ветер с юга
к ним не донёс
солёный шелест моря.
И сумерки сгустились
перед светом.
И каждый отстранился
от другого –
сидел и слушал…

Ведь перед восходом
такая тишина,
что можно слышать
не только шелест ветра
или листьев…

А даже то, что будет,
то, что время в себе таит,
и что случайно
открылось путникам
на грани дня и ночи.

1993




*  *  *

В ноябрьскую ночь
                 пред Сэмхэйном темно,
коснулись лицá
                 то ли ветер, то ль птица.
И мне не дано,
                 не дано, не дано
стать ярким лучом
                 и в шмеля превратиться.
Не знает природа
                 осенней тоски,
её умиранье
                 всегда величаво.
Приветствуют мёртвых
                 поющий тростник,
да горсть бузины
                 да пучок горечавок.
Людским самомненьем
                 и страстью полна
пылинка танцует
                 в сиянии нóчи...
Сегодня и завтра,
                 и вечно: одна –
в далёкой стране
                 дом находится отчий…

1998-2015




*  *  *

Умираю у реки от жажды,
родилась не в рубашке,
                               но дважды…
И смешала тоску и печаль,
только жизни ушедшей не жаль.

А по небу плывут облака,
и небо вбирает река,
и ночь попирает рассвет,
и меркнет родившийся свет,
как тысячи канувших лет…

Февраль и октябрь, и февраль…
А прошлого, впрочем, не жаль.
И веки сжигает тоска…
Куда мы идём сквозь века?
Чей дар неподъёмная ноша?
Дорогу устлала пороша…

И меркнет родившийся свет,
и нет мне ни звука в ответ.

2013




ВЕСЕННЯЯ ВЬЮГА


1.

И фиалковый запах снегов,
акварели деревьев…
Вдоль сырых берегов –
ни стожка, ни деревни.
Ах, как вьётся метель,  
листья белые сеет  –
мягко стелет постель
и поёт, как умеет.


2.

Словно ангелы,  
                   хлопья летят
и парят над землёю.
Что ж поделать нам, брат,
с твоей и моей головою?
Вместе песню ли спеть,
чтоб утихли все боли?
Чаем душу согреть,
отпустить птиц на волю?

Пусть летят к берегам,
где весна милосердна…

Вслед  горючим снегам
распускаются вербы…

2013




*  *  *

                      Т. Литвиновой

Дождь омыл слезами майский день,
хмурых туч легла косая тень,
мир – обетованною страной.

Боль моя, и ты поплачь со мной.

Горе запиваем квасом терпким,
горе заедаем хлебом горьким.
Укатали нас крутые горки,
что ещё мы в этой жизни стерпим?

Мы с тобой – сироты без войны,
сёстры вновь нахлынувшей весны.
Воздух пахнет, мятой, бузиной…

Боль моя, и ты поплачь со мной.

2011




*  *  *

Кесарю – кесарево. Иову – Иово.
Сил нет смотреть на мелькание дней.
Куда тебя вынесло?
                       Куда  тебя вывело?
К иве плакучей…
                     С неба видней…

Больно ли телу
                      под скальпелем корчиться?
Страшно ль душе
                          опускаться на дно?
Всё далеко – и обиды, и почести.
Тонкие стены – да в небо –  окно.

Как тебе нынче живётся и дышится?
Вновь перебранка соседская слышится,
грохот ремонта, и воет сверло…
Что же, родимая, – не повезло.

Что же опять мне сегодня недужится?
Много ли выпало солнечных дней?
Комната вертится, комната кружится…
Много ли, мало ли?..
                       С неба видней.

2015




*  *  *

             М. Дубасовой

Осень – как выдох,
как стон продолжительный:
осень…
Снова нарушен порядок,
и нет больше вёсен.

Снег в октябре…
Озябла в куртёночке тонкой.
Лето сменила зима.
Пробираюсь по кромке
лужи замёрзшей,
по хрусткому льду тротуара:
это летейских времён
бесконечная свара…

Радует клён, как короной,
окраскою лисьей,
золотом ржавым
сияют ажурные листья…
Мачтовых сосен
мятежные кроны в ночи́ …
Воздух хрустален,
прозрачен, листвою горчит.

Осень – как выдох,
как стон продолжительный:
осень…
Яблоки – ядрами –  падают,
падают оземь…

2014




*  *  *

                О. Боровеевой

Не бояться слов горчащих,
что мне ангел шепчет тихо.
Меж костров снегов горящих
спит земля, хлебнувши лиха.
А зима пришла неслышно,
оттепель пришла нежданно.
Утро влажным ветром дышит
между клочьями тумана.
Ты не спишь и куришь нервно.
Книга на столе раскрыта.
И с лучом рассветным, первым
человек идёт небритый,
и скользит по гололёду,
и дожди клянёт нещадно.
В эту зряшную погоду
мне не спится. Ну и ладно.
Нет, неладно что-то с миром:
небо пахнет звёздной пылью,
не звучит как прежде лира –
время смуты и бессилья.
Что сказать тебе, очнувшись?
В чашке синей зреет кофе.
Виновато улыбнувшись,
прочитать чужие строфы.
Глухота сжимает уши,
немота сжигает горло.
И снежинок хрупких души
опускаются на город.

2015




ИЮЛЬ

Всё цветет.
Подминающий зной,
Ни клочка уплывающей тени,
И почти половина растений
Подсыхающим сеном растёт.
И разлитый по воздуху мёд,
Новый дом, словно соты, сочится.
И по небу гремит колесница –
Видно, дождь где-то рядом идёт.
В гулких вёдрах живая вода,
Будто рыба тяжелая, бьётся,
А к полудню гроза соберётся
И пройдет, не оставив следа.

1981




*  *  *

Шелест, шуршанье –
природа над нами смеётся,
прячет кузнечиков, птиц укрывает в листве.
Песня незримая льётся, и льётся и льётся…
Бьётся родник, ручеёк затерялся в траве.

Солнце сияет, сирени душистая ветка…
Хлеба краюха, холодный кувшин молока…
Господи, как хорошо! До скончания века
плыть бы и плыть,
                      как по небу плывут облака.

2012






Виталий Волобуев, 2015, подготовка текста



Следующие материалы:
Предыдущие материалы: