Главная // Книжная полка


ЛЮДМИЛА ЧУМАКИНА

БЕССОННИЦА

Из книги «Оттенки» (1982)

ВОСПОМИНАНИЕ О САМАРКАНДЕ

Азия. Горячая земля.
Хрупкая за городом пустыня,
Камни, не успевшие остынуть,
Долгий укрывающийся взгляд...

Вот оно, смешенье языков,
Минаретов выжженные струны!
Ветер с мостовых еще не сдунул
Давние старания веков...

Азия, дыханье стеснено,
Тень моя у ног остановилась...
Тело, уступая, растворилось...
Пахло настоявшимся вином.

Солнце, как расплавленный кристалл,
Замерло в зените над мечетью.
Спустится под вечер и очертит —
Тень без христианского креста.

Азия. Желтеющая даль,
Пыльный промелькнувший полустанок,
Дерево, поникшее листами,
Взмах руки, замеченный едва ль...


ГАЛИЛЕО ГАЛИЛЕЙ

Он верил в разум столько лет,
Увидев мир в дыру чердачную!
И находил большой удачею —
Жить на вертящейся земле.
И звездам верил Галилей,
Когда сходились лица мрачные.
И оттолкнул слова пустячные,
Чтоб мысль работала смелей.
А все неглавное — потом...
(Хоть нет заслуги в отречении)
Но в полночь звездное свечение
В его заглядывало дом,
Когда он двигался с трудом,
Святой, не принявший мучения...


МОСТ

I

Я на мосту. Я близко к дому,
Где мой, как молния, приход.
Вода такая сквозь проломы!
Коснись — наверное, собьет.

Шумит: «Ступай от переправы!
Спокойно в доме за рекой...»
Ну что ты стонешь, мост корявый,
Качая узкою доской!

Ну что ты выдумал такое,
О чем печалишься при мне?..
Тот дом с рожденья неспокоен,
Он весь — смятение и нерв.

Там все Его: слова, привычки,
Весь быт из многих мелочей,
Я лишь коснусь рукой обычных
Его предметов и вещей.

II


И я родни коснулась взглядом,
Губами — крепкого вина.
И все глядят, как из засады,
Как будто целятся в меня.

Как будто... Но в глазах зеленых,
По кругу двигаться устав,
Как под мостом в крутых проломах,
Шумит тяжелая вода.

Она течет к моим ладоням,
Она сливается со мной.
Никто не спит в апрельском доме,
Хотя за окнами темно.

III


А ранним утром потемнеет
В глазах бессонная вода.
И я, улыбчиво бледнея,
Ладонь раскрытую подам.

И уходя, в проломах черных
Апреля воду полюблю.
Весенний грач легко, проворно
Ее потягивает в клюв.

И все смелей следит за мною,
Спокойной строгостью обдав.
Мост позади. И за спиною
Шумит тяжелая вода...


* * *


Обвяжусь платком потуже,
Выйду в полночь налегке.
Никого! И только стужа,
Только ветер на щеке!
Только тьма по всем дорогам,
На четыре стороны.
Только мысль течет убого,
Уклоняясь от вины.
Отдаляясь, приближаясь,
И опять теряя след.
Ущемленная, как жалость,
Окрыленная, как свет.
Возвращусь с неясной болью
И покаюсь в тишине.
Будет слов, как снега в поле.
Снега в поле при луне...


КАЛЕНДАРЬ

Под январские высвисты,
Под метельный прибой,
В стены прочные втиснута,
Поразмыслю с собой.
Сокрушенно поохаю,
Вспоминая про старь,
Зашагаю с эпохою,
В руки взяв календарь.
Календарь в доме — главное
(Он совсем еще цел)
Горсть листов забулавлена.
Пожеланье в конце.
Расписной! Разрисованный!
(Сколько бед и удач...)
Что кому уготовано —
Между строчками спрячь!
Что кому причитается —
Между строк утаи!
Пусть спокойно листаются
Приговоры твои...


ОТТЕНКИ

Оттенки дней, оттенки света,
Оттенки давнего запрета,
Зарубцевавшейся вины —
В глазах, готовых для ответа,
Как в зеркале, отражены!


* * *

Как живете, деревья,
Пребывая в зиме, —
Что вас лечит и греет,
Что под боком взамен?
Свист январского ветра?
Пар обветренных ртов?
Брызги сломанных веток?
Стали стынущей стон?
Снег все выше над прелью.
Выстрел, шорох, слова...
Как живется, деревья,
Как мечтается вам?
Без работы п риска,
Без рожденья листвы
Застоялись не слишком,
Корневищем пристыв?
Как вам, сдвинувшим плечи,
Меньше ставшим вдвойне...
Как вам сонным-то, легче?
Проще стало, вольней?


* * *


Чем я порадую тебя?
Чем помогу твоей тревоге?
С каким открытьем на пороге
Притихну, мысли торопя,
Чем я порадую тебя?!
Чем помогу своим приходом?..
Ветра в любое время года
Над каждой кровлею трубят!
Все меньше будет впереди
На радость шансов и на встречу,
Прижмется к окнам серый вечер,
На миг огнями осветив.
Потом, бумагу теребя,
Забудешь все, и понемногу
Слова пойдут, ища дорогу,
Судьбу мучительно любя!


ВЕЧЕР


Еще не ночь, еще не пали тени,
Не выплыли на улицы огни,
Еще тепло исходит от растений
И в доме не убавилось родни.
И кажется, что тьмы совсем не будет,
Что вечен день и вечна суета...
Летит пушинка с белого куста
И нет той силы, что ее остудит.
И нет той силы, что повергнет годы,
Есть время на прощение и лень!..
Очнешься, но уже угасший день
Спешит растаять за небесным сводом.


СТАРОМУ ДРУГУ


Ты написал, что на душе тревожно,
Что мрачен дом и холоден сентябрь,
Чтоб приезжала, если только можно,
Жаль — дождь, но где же осень без дождя?!
Я собралась, все отложив и бросив,
С собой взяла, что под руку легло...
И вдруг из зала — к телефону просят!
Потом был вечер: шумно и тепло,
Друзья под боком, наши разговоры.
Усталость. Отвращение. И лень.
И не спалось. Качало ветром шторы
И твой конверт, как облако, белел.


* * *

В февральское окно
Вся улица видна,
Упрямые стоят
Под ветром фонари...
А там, над головой,
Вселенная без дна —
И сбоку, и впизу —
Куда ни повернись!

Как яростен февраль,
Как тянется зима,
Как надо закричать:
«Смени ее, смени!..»
Я так и не пойму,
Как все это без дна,
Куда ни повернись,
Куда ни загляни!

Как будто подо мной
Накренилась земля,
Я все еще на ней,
А руки в пустоте!
И звезды возле глаз
Огромные горят,
И от руки моей
Во всю планету — тень...

Но боль моя пуста,
Так тихо и темно...
Прохожие, как сны,
Из ночи в ночь идут,
Беззвучно небеса
Являют по одной:
То яркую звезду,
То тусклую звезду.


* * *

Так получилось:
Телефон молчал,
Почтовый ящик
Повисал забытым,
А в дверь,
Хоть и была она открытой,
За целый депь
Никто не постучал.
И к вечеру,
Внезапно присмирев,
Под уличный
Качающийся гомон,
Я ужаснулась:
Сколько незнакомых!
А ведь бок о бок
Ходим по Земле!


КОЛОС

Еще зёрна не трогал
Июльский огонь,
Еще колос под грозами
Не был...
Но пришел человек,
Взял зерно на ладонь
И назвал его бережно —
ХЛЕБОМ.


ЗНОЙ

Тучи словно взаперти,
Небо без отдушин.
Риньтесь, белые дожди,
Немоту нарушив!
Не звучат мои слова,
Падают без толку...
Что-то неба синева
Выдалась надолго.
Словно вечен этот зной,
Словно все застыло.
Тишина. И тишиной
Горло перекрыло.


КОЛЫБЕЛЬНАЯ

Снам, пришедшим в полночь, — верь!
Ночь их плавно раскачала,
Оттолкнула от причала,
Закружила в голове...
Тонким, призрачным, как тень.
Светом — стекла осыпает,
От молчанья засыпает
Мир, отдавшийся мечте.
Ночь, пустившись на обман,
Всех на свете уравняла,
Ничего вокруг не стало,
Жди... рассеется туман.
Посулила сто свобод —
Ночь. Глаза не открывайте,
В тихий сумрак отплывайте —
Расступился небосвод...


СТАРЫЙ СОБОР

Пять куполов. Пять выжженных голов!
Еще от них исходит стон и звон,
Хоть колокольню (уж с каких времен)
Как будто ураганом отмело.
Еще заметен с четырех сторон,
Но молча весь в раздумья погружен.
И только стая черная ворон
Все топчется, слетаясь на поклон.


СВЕЧА

Род печального огпя,
Будто вырванный из воска...
Тихо тает желтизна —
Жизни крохотная плоскость.
Миг сиянья в уголке!
Вознесенная утеха!
Приготовлена не к спеху,
А уж вся — на волоске.
Но зато уводит ввысь,
В этом медленном крушенье,
Над судьбой и предрешеньем —
Человеческую мысль.


ЖАЛОСТЬ

Ходить по городу. Молчать.
Смотреть на грязь, на дождь, на ветер.
Не говорить. Не отвечать.
И всех жалеть на белом свете.
Не вопрошать, не осуждать.
Идти, проваливаясь в лужи,
И только слушать голос стужи
За тонкой корочкою льда.


БЕССОННИЦА

Дом забывается в дремоте,
Беззвучен крик...
И свет, как мед в округлой соте,
Зажат в ночник.
Дверь в коридоре скрипнет тонко
И звуки прочь.
Лишь в тишипе часы вдогонку
Молотят ночь.
Не сплю, а ночи не убавить, —
Замкнулся круг.
Зову тяжелыми губами
Случайный стук.
Но равномерно, как под душем,
Струится тишь,
И нет спасительных отдушин —
Безмолвье лишь.
В такую ночь без сновидений
Зарей лечусь.
Приди, расталкивая тени,
Лучом — к плечу!


* * *


Органная музыка...
Серая сырость рассвета
По стеклам скользит,
Рассыпаясь на струйки, и вниз!
И день еще медлит,
И утро еще не согрето,
И капли тумана
Никак не расплещет карниз.

А диск под иглою,
Как солнце за черною тучей
Идет, не удержишь,
Пока не упрется в тупик.
И чем оно выше,
Тем путь безнадежней и круче,
Но минет и это
В один завершающий миг.

Органная музыка
В доме поспешно одетом,
С окном отсыревшим,
С моим занемевшим плечом...
А день неизбежно,
Гремя, наполняется светом,
По прежним законам...
И музыка здесь ни при чем.


В ПРИРОДУ УСТРЕМЛЕННЫЕ ГЛАЗА

Сегодня лес,
И небо, и река
Живут, соединенные апрелем.
Все листья прошлогодние — сопрели,
А к новым еще надо
Привыкать.
Очнешься, уходя,
И весь — назад!
Стать корнем! Веткой!
Замирать и длиться!..
И властно
Поворачивают лица
В природу устремленные
Глаза.


Источник: Чумакина Л. И. Оттенки. Стихи. — Воронеж, Центр.-Чернозёмное кн. изд-во, 1982. Стр. 21-33

На страницу  автора

Виталий Волобуев, сканирование оригинала, подготовка и публикация, 2024


Следующие материалы:
Предыдущие материалы: