Главная // Книжная полка // Виталий Волобуев // Мастер живого слова. О Маматове. 1996

ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

МАСТЕР ЖИВОГО СЛОВА

О книге Дмитрия Маматова «На острие судьбы» (1996)

Имя Дмитрия Маматова давно появилось на небосклоне поэтической Белгородчины. И если бы не жёсткое государственное регулирование, которое довлело над литературой 60-70-х годов, это имя стояло бы в одном ряду с такими именами, как Владимир Михалёв, Игорь Чернухин, Александр Филатов. Однако уж больно русский характер оказался у «Митьки», как он назыает себя в одном из стихотворений. Его острые, прицельные пародии и эпиграммы, которые знакомы гораздо меньшему кругу читателей, не могли прибавить ему «влиятельных» друзей. И потому он был знаком лишь читателям местных газет, да небольшому кругу литераторов. В члены Союза писателей его приняли уже в «наше время», когда само это звание уже мало что значит и никаких особых привилегий не сулит.

Была и еще одна причина, которая скорее была следствием послевоенного детства да той атмосферы публичной лжи, которая, собственно, и привела Россию к нынешним катаклизмам. Об этом сам Маматов в стихотворении «Пир» пишет так:

Вышли мы с приятелем «на лоно»,
Сбросив груз волнений и труда —
Загремела целая колонна
Лучшего в стране одеколона
Под ракитой сонной у пруда.
Двух великих русских душ горенье
Нужно было чем-то потушить —
Под рукой бесплатные коренья,
И вступило в силу ускоренье,
Хоть и было некуда спешить.
Пели песни громкие у яра,
Оглашая долы и поля,
Нас была лирическая пара,
И бокалом тракторная фара
Нам служила вместо хрусталя.


Но даже в этом стихотворении, очень, в сущности, страшном, присутствует характерная особенность поэта Дмитрия Маматова — пристальное внимание и любовь к природе, слияние с ней. И сам «пир» происходит «под ракитой сонной у пруда» и «под рукой бесплатные коренья». У кого из живущих или хотя бы побывавших в деревне это не вызовет щемящего чувства тоски по чему-то уходящему, тому, что мы теряем и теряем, уходя в тесный, жесткий городской быт. И то, что «вместо хрусталя» бокалом служила тракторная фара, уже воспринимается как некий протест против этого быта. А с точки зрения литературы это такая сочная деталь, которую нельзя придумать, и эти детали у Маматова рассыпаны по всей книге, создавая атмосферу уюта и тепла.

Еще одно стихотворение, от которого захлебывается сердце:

Я люблю рассветную округу,
Над рекой камыш береговой,
Хорошо идти в Хохлово к другу
По шмелиной тропке луговой.
А туман такой густой на плёсах,
Хоть в шалаш под бок его стели,
Стариной в несмазанных колёсах
В клеверах скрипят коростели.
Все раздолье в бабочках и птицах,
Луг России ярок и певуч,
Мне навстречу солнышко на спицах
Из-за туч протягивает луч.
По мосту прогромыхала тачка...


Конечно, кому-то эти строчки ни о чем не скажут. Но в городах белгородских очень мало коренных горожан, и скорее всего у любого, кто родился и вырос в деревне, эти стихи вызовут из памяти даже запахи, особенно утренний запах свежескошенного сена и «все раздолье в бабочках и птицах». А солнце, искрящееся в росе, а прогромыхавшая по мосту тачка...

Вторая часть этой книги напоминает о войне, которую поэт помнит мальчишкой. Но даже и в этих стихах он не упускает случая записать состояние природы, которая как будто тоже вместе со всеми страдает от пришельцев. К сожалению, детство, опалённое войной, на всю жизнь остаётся незаживающим шрамом на душе, и стихи Дмитрия Маматова напомнили мне памятники недавно ушедшего самодеятельного скульптора из Гостищева Анатолия Беседина. Эти фигуры на братских могилах, восстановленных по детской памяти уже в наше время, суровы и приземлённы, и нельзя о них судить по законам искусства. Это действительно памятники человеческого горя. А у Дмитрия Маматова ещё и не только человеческого:

...Подорвалась корова на мине,
Тронув задним копытом войну.
Стон коровы был жуткий и долгий,
Лугу, стаду, заре незнаком.
И в траву из разорванной дойки
Густо капала кровь с молоком.


Можно много ещё говорить о стихах Дмитрия Маматова. К сожалению, жанр послесловия не располагает к пространным расуждениям и приведённых примеров уже достаточно, чтобы понять, что поэт, столь тонко чувствующий русскую природу и русский язык, не может не занимать достойного места в русской многожанровой литературной палитре. Во время работы с текстами стихов, мне пришлось проверять их на орфографические ошибки с помощью электронного словаря. Оказалось, что это очень трудное дело, потому что машина то и дело натыкалась на слова, которых нет в стандартном словаре. И таких слов в книге Маматова наверняка более одной трети. Вот почему эти стихи узнаваемы и сочны. В них сохранена живая великорусская речь.

Было бы несправедливо не отметить и некоторые слабости книги, поскольку она издана в авторской редакции, что с одной стороны хорошо, поскольку имеешь дело непосредственно с автором, а с другой — плохо, потому что не всегда автор замечает свои огрехи, и редко у кого хватает мужества отказаться от какого-то стихотворения или строчки. Мне показалось, что книга получилась несколько перегруженной и оттого многие очень хорошие стихи иногда теряются среди средних, какие, к сожалению тоже присутствут. Иногда очень хотелось увидеть, когда написано то или иное стихотворение. Часто это помогает лучше почувствовать то, о чём сказал поэт.

Но больше всего мне хочется пожелать автору в новых книгах побольше тонкого юмора, которым он сам искрится и лучится. Есть такие стихи и в этой книге, но хотелось бы, чтобы их было больше.

И ещё — пусть книг, подобной этой, будет побольше. Иногда так скучаешь по живому русскому слову.

30 сентября 1996    






Виталий Волобуев, подготовка и публикация, 2016


Следующие материалы:
Предыдущие материалы:

 
Роскомнадзор защита прав субъектов персональных данных.