ЗИМНИЙ ВЕНОК СОНЕТОВ
Автор: Виталий ВОЛОБУЕВ
1.
Длиннее ночи, холода,
Что прежде стужей величали,
Теперь пугают иногда.
Но не осталось и следа
От тех мятущихся метелей,
Кружащих сутки и недели
И заметавших города.
А ныне — вспомнишь лишь былое -
Метровый лед, по крышу снег,
С лопатой жалкий человек.
Теперь в трубе не слышно воя,
И, приходя на краткий срок,
Мороз полезен, но жесток.
2.
Мороз полезен, но жесток,
Хватает за уши и руки,
Кто в поле — лезет в первый стог,
А в городе — смягчаешь муки,
Приняв чуть-чуть за воротник,
Житейской следуя науке.
И, избавляясь от докуки,
Идешь-бредешь, как снеговик.
Окутал иней воротник,
Идешь, доволен и велик,
О деле думая едва ли.
А сверху сыплется снежок,
Когда сдувает ветерок
Деревьев снежные вуали.
3.
Скрывают веток кружева,
За ними и не видно дали,
Над ними ярче синева.
Припоминаются слова
О неизбежном, неизбывном,
О чем-то, может быть, наивном,
Уже и брезжущем едва.
Но нет преград воображенью —
И ты уже почти эмир,
Султан двухкомнатных квартир.
Так снега тихое круженье
И кровь, стучащая в висок,
Напомнят чувственный Восток.
4.
Великолепные чертоги.
Из снега вылепить их мог
Лишь тот, кого любили боги.
Твори же, дедушка Мороз,
Хоромы для утех недолгих,
Мы не поверим в кривотолки,
Что ты покинул край берез.
Нас не пугают холода,
Они в нас разжигают пламя,
Морозы — это наше знамя.
Уж не одна от них беда
Ушла, не победив Восток,
Есть от чего прийти в восторг.
5.
Когда один ты в поле белом,
Словно единственный листок
На дереве обледенелом.
И не таким тогда уж смелым
Становишься, когда метель
Готовит для тебя постель,
А ты уж не владеешь телом.
Здесь завершается твой путь,
И жизнь уходит сном далеким,
Взлетаешь невесомым, легким.
И не томится больше грудь,
И ты не занят больше делом,
Когда тебя осыплет белым.
6.
Ты оживаешь, и душа
В оцепененье онемелом
В тебе восходит. Не дыша,
Спугнуть боясь, ты ощущаешь,
Что снова в сердце опустелом
Струится кровь, давая телу
Стряхнуть с себя остатки счастья.
Так возвращается тепло
В уже занесенное снегом
То, в чем живут любовь и нега.
Но что-то важное ушло,
Ты с жизнью связан — вот итог,
Так, как душа с остывшим телом.
7.
Еще томится сорок дней,
Людей пугая между делом
Игрой ночных полутеней,
Так ты с сугробом — словно в прятки,
Играешь, греясь между делом,
Но все еще, как будто мелом
Раскрашен ото лба до пятки.
Так холод студит мысль о доле
И воскрешает мысль о доме,
Где твой отеческий чертог.
И ты прощаешься с сугробом,
Как Лазарь с надоевшим гробом,
Как с деревом сухой листок.
8.
Соединен одним лишь прошлым,
Зеленым, солнечным, хорошим,
Когда казалось: жизнь — пролог.
Но бесконечного романа
Мелькнули главы — и, увы,
Укрыта снегом жизнь травы,
Сугроб смирил напор бурьяна.
Захочешь счастья — вроде рано,
Надеждой хочется пожить,
И попадаешь в сеть обмана.
Подобьем обольстившись рая,
Со всеми порываешь нить,
Навек прощаешься, взлетая.
9.
Навек прощаешься, взлетаешь,
Надеясь не вернуться вниз,
Но постепенно понимаешь,
Что это лишь зимы каприз.
Так снег, в метели попадая,
То вверх, то вниз — покоя нет,
И видишь на исходе лет,
Что жизнь — увы — ходьба по краю.
В сугроб ли сразу прочный лечь,
Или снежинкой хороводить,
Не избегая с ветром встреч.
И, прекращая колобродить,
С уже седою головой,
Ты опускаешься — живой.
10.
Подозревая, что обманут,
В сугроб и, слыша ветра вой,
Ты вымираешь, словно мамонт.
Кому нужны твои творенья,
И жизнь постылая — кому?
Когда живешь не по уму,
А по строке стихотворенья.
Зима — мое отдохновенье
От мимолетной суеты,
От промелькнувшего мгновенья.
И, отрекаясь от мечты,
Идешь в метель под ветра вой
Уж с охладевшей головой.
11.
Приходишь в гости, занесенный,
В усах — мороз, душой — спасенный,
И в дружеском застолье — свой.
Тебе подносят для сугрева
Напитка крепкого стакан,
И юность помнящая дева
Предложит жертвенный диван.
Как отказаться после вьюги
От верной любящей подруги,
Пусть не тебе она верна.
А где-то ждет тебя жена,
И как ты без нее скучаешь,
Похоже, лишь зимой узнаешь.
12.
Как нужен телу теплый кров,
Душе — так той любовь нужна лишь,
Уму — тому сплетенье слов.
А вот согреешься у печки,
Тут и пойдут плестись словечки,
И любишь целый белый свет,
Хоть за окном и следа нет.
Все занесла пурга лихая,
А ты сидишь, судьбу не хая,
И сочиняешь сей сонет.
А полюбивши целый свет,
Кто думает, что смерть близка,
Что значит вечности тоска.
13.
Понять возможно в чистом поле
Средь снежной глади — эта воля
Покою вечному близка.
В лесу ли, в поле — все недвижно,
Тишь неземная — благодать,
Здесь не приходит мысль о ближнем,
Ему здесь нечего отдать.
Ты в чистом поле, в чистом снеге
И в белом саване зимы
Застыл на неизвестном бреге.
Когда еще так ясно мы
Вдруг видим — вечность так близка,
И снег ложится у виска.
14.
Как след невысказанной боли,
Как горечь выступившей соли
Среди житейского песка.
Холодный снег — он студит сердце,
В горячем сердце проку нет,
Оно осталось в дальнем детстве,
Чуть греет через толщу лет.
Теперь живешь — как бы в сугробе,
Где место только одному,
Как не рожденному в утробе.
В такие годы крепче стали
Должно быть сердце — потому
Зима всегда влечет к печали.
15.
Мороз полезен, но жесток,
Деревьев снежные вуали
Напомнят чувственный Восток.
Есть отчего прийти в восторг,
Когда тебя осыплет белым,
И как душа с остывшим телом,
Как с деревом сухой листок
Навек прощаешься, взлетаешь
И опускаешься — живой,
Но с охладевшей головой..
Похоже, лишь зимой узнаешь,
Что значит вечности тоска,
И снег ложится у виска.
2004
