Главная // Книжная полка // Виталий Волобуев // Штраф. Пьеса. День второй. 1987

ВИТАЛИЙ  ВОЛОБУЕВ

ШТРАФ

Сцены колхозной жизни времён перестройки

День первый

ДЕНЬ ВТОРОЙ
(спустя неделю)

Сцена седьмая

Кабинет Председателя. Заседание правления. За столом сидят Председатель, Парторг, члены правления.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Товарищи, первым вопросом предлагаю вернуться к делу с Алексеем. Сегодня я их обоих пригласил.
ЧЛЕНЫ ПРАВЛЕНИЯ. Согласны.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (к парторгу). Иван Васильевич, позовите их пожалуйста.
Входят Алексей и Валентина.
ПАРТОРГ. Садитесь.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ну что, голубчики, за свои дела надо отвечать. По свёкле, понимаешь, дорогу пробил. Люди спины гнут над каждым ростком, а тут колёсами по посевам! Ты на кого работаешь? Раньше ты бы за это лес уже валил.
АЛЕКСЕЙ. Я уже по готовому следу ехал.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Это неважно. Главное — тебя поймали. Ты и ответишь. Чужие ладно, но ты-то свой, колхозник.
АЛЕКСЕЙ. Так что я, должен трактор по насыпи бить, а рядом хорошая дорога? Трактор-то колхозный. Его беречь надо.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нет, вы посмотрите на него. Как выкручивается. Предлагаю оштрафовать на 100 рублей. У кого другие мнения.


ВАЛЕНТИНА. Я хочу сказать.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Говори-говори. (к Алексею) Вот главная свидетельница.
ВАЛЕНТИНА. Не ехал он через поле. Это я со зла написала.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (растерянно). Подожди, что ты мелешь? Вот же твоя докладная.
ВАЛЕНТИНА. Я отказываюсь от неё. Это неправда.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Вот это поворот. Что будем делать, товарищи?
ПЕРВЫЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. На двоих штраф разделить. Может скорее сойдутся.
ВТОРОЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Правильно.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (к Парторгу). Как вы, Иван Васильевич? Я просто теряюсь. Это какой-то цирк. Ну, голубчики, что же это делается?
ПАРТОРГ. Может они расскажут, что у них там происходит. Зачем это вы друг друга так истязаете?
ТРЕТИЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Да это всем известно. Пускай сами разбираются.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Но тут дело-то серьёзное. Надо что-то и решать.
ПЕРВЫЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Что тут решишь?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Да штрафовать-то будем? Ущерб нанесен. Кто-то должен ответить?
ТРЕТИЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Давайте условие поставим, или штраф или пускай женятся.

Все смеются.


ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ну что ж, выбирайте — или штраф, или «горько». Прямо тут.
ТРЕТИЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Горько!
Алексей и Валентина встают. Валентина смотрит на Алексея.
АЛЕКСЕЙ. Я хочу объясниться. Не могуя сейчас развестись с Ленкой. Ей и так тяжело. И дочку не хочу терять. А Валентину я люблю. Это честно. Что делать не знаю. Штрафуйте. Я ехал через поле.

Валентина выбегает.

ВТОРОЙ ЧЛЕН ПРАВЛЕНИЯ. Вот тебе и горько.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ну и что ж теперь с вами делать? Голубчики.
Все молчат.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (к Алексею). Ладно, иди.

Алексей выходит.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Что, товарищи, перервёмся?
ВСЕ. Перервёмся.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Тогда перекур.
Расходятся. Остаются Председатель и Парторг.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Я ничего не понимаю. А вы говорите демократия. Ты видишь, что творится? Всё наперекосяк. Где тут правда?
ПАРТОРГ. Люди. Со своими проблемами. Надо разбираться. Я с ними потолкую. Дело больно щепетильное, а мы «горько».
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Прозаседали впустую. Ничего не решили. Вот ваша колхозная демократия. Одни разговоры. Нет, я против этого. Решили — делаем. А эти «сю-сю», «сопли» эти я терпеть не могу.
ПАРТОРГ. Я поговорю с ними. Наши же люди. Коренные. Свои. Я поговорю.

Уходят.


Сцена восьмая

Утро. У конторы молочного комплекса. Алексей сидит на тракторной покрышке. Подходит Сергей.

СЕРГЕЙ. Здорово.
АЛЕКСЕЙ. Привет.
СЕРГЕЙ. На правлении был? Втык, что ли, получал? За что?
АЛЕКСЕЙ. Валька докладную на меня написала, что я по посевам ездил. По свёкле.
СЕРГЕЙ. А ты ездил?
АЛЕКСЕЙ. Было дело, спешил. Смотрю — дорогу накатали. А тут Валька. В толк не возьму, зачем она докладную писала?
СЕРГЕЙ. А что ты с ней крутишься? Я никак не пойму — как вы живёте? Я слышал — ты ушёл к матери. А что к чему — ничего не знаю. Или ты не хочешь, чтобы трепались?
АЛЕКСЕЙ. Да нет, всё очень просто. Какой тут секрет. Ты же помнишь, как у нас с Ленкой получилось..
СЕРГЕЙ. Ну как же — пара неразлучная с детства. «Алёша + Алёна».
АЛЕКСЕЙ. Привыкли друг к другу. Думали, что любовь. Молодые. Тело играет. Всё в новинку. А потом как вырубилось всё. Не могу.
СЕРГЕЙ. А тут Валька?
АЛЕКСЕЙ. Нет. Валька — это, скорее, следствие, не причина. Она просто как семя на подготовленную почву. Влюбился я. Впервые в жизни. И растерялся.
СЕРГЕЙ. Да. Закрутился. Я вот не жалею. Взял соседку. И вся любовь. Лишь бы борщ варила.
АЛЕКСЕЙ. А если встретишь кого?
СЕРГЕЙ. Думаешь, не встречал? Я и сейчас заглядываю к одной. Как поеду в Быковку, так обязательно наведаюсь. Иначе заплеснеешь. Разве это жизнь? Я как приехал оттуда, привыкнуть не могу. А ты всё какие-то сложности городишь. Погулял с Валькой и довольно. У тебя дочка. Ей отец нужен. А Валька себе найдёт. Молодая ещё. И ты себе найдёшь. Для забавы.
АЛЕКСЕЙ. Да чёрт с ними, с бабами. Каждый сам должен решать. Вот ты помнишь, как мы бастовали? Когда нам расценки оставили?
СЕРГЕЙ. Помню. И бастовать не пришлось.
АЛЕКСЕЙ. Вот я думаю — чувствуют силу.
СЕРГЕЙ. Какая там сила. Боятся, что разбегутся. Город-то рядом. Я бы точно ушёл. Тут хорошо, что рядом с домом.

Подходит Начальник.

НАЧАЛЬНИК. Здравствуйте. (к Алексею) Ну что ты так опрохвостился. На правление вызывают.
АЛЕКСЕЙ. Что будем косить? Опять рапс?
НАЧАЛЬНИК. Да. От него хоть литров нет, зато жирок поддержим.
СЕРГЕЙ. А нам за литры платят. Жирок нам ни к чему.
НАЧАЛЬНИК. Хватит вам и литров. Расценки оставили. Да, слушай, Алексей, вроде перемены намечаются. Был в райкоме, слух такой, что будут у нас арендный подряд вводить. Вроде эксперимента. Это, кажется, то, что ты хочешь.
АЛЕКСЕЙ. Только у нас всё испохабят. И это тоже закрутят, замусолят. То же самое и останется. Только называться будет по-другому.
НАЧАЛЬНИК. Нет, это под контролем обкома. Не должны бы.
АЛЕКСЕЙ. Ну если так.
СЕРГЕЙ. Ещё морока. Чуть стали соображать что к чему, они всё опять переворачивают. Главное, чтобы никто не понимал, как. платят. Тогда и дури. Надо бежать.
АЛЕКСЕЙ. Куда бежать? Теперь везде то же самое.
СЕРГЕИ. Пропал рабочий. Давили-давили. Теперь путать начали.
АЛЕКСЕЙ. Ты не паникуй. Учиться надо, чтобы соображать. Мы должны сами уметь управлять. А иначе будут дурить.
СЕРГЕЙ. Куда деться рабочему человеку?
НАЧАЛЬНИК. Ну, заныл. Собирай свою гвардию, давайте начинать. Там осталось что?
СЕРГЕЙ. Есть немного.
НАЧАЛЬНИК. Кормите. Время-время.

Все расходятся.


Сцена девятая

У края поля. Алексей сидит под деревом, читает. Отвлекается.

АЛЕКСЕЙ. Арендный подряд. Это что-то новое. Да опять же, сволочи, испакостят. Не допустят же они, чтоб власть из рук уходила. А она будет уходить. Иначе фикция, все эти подряды и аренды.

Слышен шум машины. Подходит Парторг.

ПАРТОРГ. Привет штрафникам.
АЛЕКСЕЙ. А что, оштрафовали?
ПАРТОРГ. Да нет. Шучу. Слушай, что у вас творится? Вроде ваше личное дело, а до правления доходит.
АЛЕКСЕЙ. Я сам не врублюсь. Что это она выдумала. Хотя понять можно. Она замуж хочет, а я...
ПАРТОРГ.    А на мельнице зерно
На муку не мелется,
Мой милёнок, как бревно —
Не мычит, не телится.
АЛЕКСЕЙ. Точно-точно. Вы и частушки знаете?
ПАРТОРГ. Это я как-то вечером услыхал. Кто-то из наших женщин пел. На чьей-то свадьбе. Не помню. А в чем дело? Почему «не мычишь, не телишься»?
АЛЕКСЕЙ. Разводиться надо, а нельзя. Ленка держится, потому что хоть формально со мной. И дочку проведываю и её. Помогаю — женщина всё же. Накопится какая мужская работа — делаю. Не чужие. Вы знаете — мы же с детства вместе.
ПАРТОРГ. Да-да. Легендарная пара была.
АЛЕКСЕИ. Не могу я развестись. Боюсь она что-нибудь с собой сотворит. И так уже пыталась. Да и сам не смогу. Все равно, что от живого отрывать.
ПАРТОРГ. Как же ты намерен жить?
АЛЕКСЕЙ. Не знаю. Если бы можно было, я бы с Валькой жил, но с Ленкой не разводился, и вообще отношении с ней не рвал.
ПАРТОРГ. Ну, милый, ты размечтался.
АЛЕКСЕИ. Другого выхода не вижу. Валентина, конечно, ни в какую. Развод и всё.
ПАРТОРГ. Прямо роман хоть пиши с вас. Да, я зачем приехал-то. Мы думаем бригаду создавать отдельную, по кормопроизводству.
АЛЕКСЕИ. Давно уже думаете.
ПАРТОРГ. Нажали из райкома. И хотят по новой системе сразу. Арендный подряд. Слыхал?
АЛЕКСЕЙ. Говорили. Дело интересное. Если новую бригаду, то может получиться. И если руки отбивать не будут.
ПАРТОРГ. Вроде нет. Говорят — предоставить полную самостоятельность. Вплоть до фондов. Техника в аренду. Всё остальное сами. На первое время кредит. Ну как?
АЛЕКСЕЙ. Неужели дошло? Даже не верится.
ПАРТОРГ. То-то. Только я, честно говоря, побаиваюсь. Как бы не влететь. Деньги отдать. Они же им ладу не дадут.
АЛЕКСЕЙ. А вы на что? Специалисты.
ПАРТОРГ. Вот что. Мы с предом говорили. Ты третий курс кончаешь?
АЛЕКСЕИ. Уже на четвёртом.
ПАРТОРГ. Как быстро. Летят годочки. Да. Так мы рассчитываем на тебя. Ты, считай, сам специалист. Да ещё экономист. Возьмёшься? Больше-то некому?
АЛЕКСЕЙ. Тяжёлый случай. Не ожидал. Так быстро. Я бы взялся. Да боюсь опутают опять этими нормами, расценками, тарифами.
ПАРТОРГ. Я же говорю ,райком будет следить.
АЛЕКСЕЙ. Райком первый и опутает.
ПАРТОРГ. Вижу, ты согласен. Остальное это уже частности.
АЛЕКСЕЙ. А райком утвердит меня?
ПАРТОРГ. А почему нет?
АЛЕКСЕЙ. Моральный облик. Двоеженец.
ПАРТОРГ. Вот это пролёт! Как же я сразу не сообразил. Всё к черту летит. Подожди. Так решай что-нибудь. Или разводись, или возвращайся к жене.
АЛЕКСЕЙ. Опять к тому же пришли. Я же говорю — не могу.
ПАРТОРГ. Подожди. А дело? Ты же этого момента, может, всю жизнь ждал. Самому проверить свои идеи. Мечта. А из-за баб всё летит к чёрту.
АЛЕКСЕЙ. Надо думать.
ПАРТОРГ. Только ты побыстрее думай.
АЛЕКСЕЙ. Такие вещи побыстрее не решаются.
ПАРТОРГ. Бригаду-то сейчас надо собирать. Куй железо, пока горячо. Главное в струю попасть, а там...
Слышен шум машины. Сигнал.
АЛЕКСЕЙ. Ну, я пошел косить.
ПАРТОРГ. Думай, думай. Лови момент.

Уходят.


Сцена десятая

Через некоторое время здесь же. Алексей выходит и снова садится под дерево.

АЛЕКСЕЙ. Вот и дождался своего подряда. Только что же делать? Не утвердят. Как быть?

Подходит Валентина.

ВАЛЕНТИНА. Хорошая у тебя работа — сидишь, сидишь, и отдохнуть некогда.
АЛЕКСЕЙ. А ты, похоже, сегодня ничего не сожгла.
ВАЛЕНТИНА. Я слышала, что тебя большим начальником назначают.
АЛЕКСЕЙ. Да уж куда больше. А откуда такие сведения.
ВАЛЕНТИНА. Разведка донесла. Не в деревне, что ли, живём?
АЛЕКСЕЙ. И что ты думаешь?
ВАЛЕНТИНА. Думаю, что теперь всё решится.
АЛЕКСЕЙ. В каком смысле?
ВАЛЕНТИНА. В моём смысле, в моём. «Голубчик». Иначе не видать тебе портфеля.
АЛЕКСЕЙ. А если не в твою пользу решение?
ВАЛЕНТИНА. А любое — в мою. Главное, чтобы решение. А то как на распутье — направо пойдешь — хорошо, налево — плохо. А ты стоишь и вообще не хочешь идти. Ни туда, ни сюда. Сколько можно?
АЛЕКСЕЙ. Ты что-то хочешь предложить?
ВАЛЕНТИНА. Ума пытаешь? Вроде не знаешь?
АЛЕКСЕЙ. Знаю. Только не могу разводиться, рука не поднимается. Это всё равно, что цыплёнку голову рубить. Ты рубила когда-нибудь?
ВАЛЕНТИНА. Не пробовала. Боюсь.
АЛЕКСЕЙ. Я раз пробовал. До сих пор, как вспомню — руки трясутся. А тут человек.
ВАЛЕНТИНА. Она, может, мечтает, чтобы ты отвязался.
АЛЕКСЕЙ. Ты не знаешь ничего. Я же с ней с самых пелёнок почти. Росли вместе. Из армии ждала. Ты стань-то на её место.
ВАЛЕНТИНА. Не дай Бог.
АЛЕКСЕЙ. То-то. А ты развод. Всё равно, что из себя кусок мяса выдрать. И всё равно дырка останется. Не зарастёт. И дочь.
ВАЛЕНТИНА. А как же я?
АЛЕКСЕЙ. Ты — не кусок мяса. Ты — это я. Без тебя я теперь ни на что не годен.
Валентина обнимает Алексея, прижимается.
ВАЛЕНТИНА. Пойдем сегодня к тебе. В наш сарайчик. Пока лето. Наше лето. Мой, мои. Разводись, не разводись, все равно мой. К черту подряды, гербициды. Пропади всё пропадом. Гори синим огнём. Пойдём сейчас.
Слышен звук подъезжающей машины. Сигнал.
АЛЕКСЕЙ. До вечера. Косить надо.
Валентина целует его.
ВАЛЕНТИНА. Как всегда?
АЛЕКСЕЙ. Как всегда.

Все уходят.


Сцена одиннадцатая

Полдень. У столовой. Встречаются Алексей и Сергей.

СЕРГЕЙ. Ну что, тебя поздравить можно?
АЛЕКСЕЙ. Пока не с чем.
СЕРГЕЙ. Как же — рулить скоро будешь.
АЛЕКСЕЙ. Кем рулить-то ещё.
СЕРГЕЙ. Меня возьмёшь?
АЛЕКСЕЙ. «Ишачить»?
СЕРГЕЙ. Ты-то хоть не обманешь. Или тоже будешь крутить? Экономить?
АЛЕКСЕЙ. Нечего крутить. Всем будем сами владеть.
СЕРГЕЙ. Как это?
АЛЕКСЕЙ. Технику дадут нам в аренду, деньги на её содержание. Кредит. А потом будем корма заготавливать, продавать, и деньги делить по своему усмотрению — на запчпсти, на горючее, на зарплату. Кредит выплачивать.
СЕРГЕЙ. Подожди, а если не окупимся.
АЛЕКСЕЙ. Из своего кармана выложим.
СЕРГЕЙ. Не, это не пойдёт.
АЛЕКСЕЙ. А ты что, работать не будешь?
СЕРГЕЙ. Буду.
АЛЕКСЕЙ. Значит и продукт будет, и деньги.
СЕРГЕЙ. А если неурожай или непогода?
АЛЕКСЕЙ. Страховку получим.
СЕРГЕЙ. Хитрое дело. Ну, ты разберёшься. А я с тобой пойду. Ты не обманешь, и то дело.
АЛЕКСЕЙ. Ты подожди записываться. Это всё вилами по воде писано.
СЕРГЕЙ. А что? Кто-нибудь против?
АЛЕКСЕЙ. Я же аморал. Двоеженец.
СЕРГЕЙ. Тьфу! Опять бабы. И что, из-за баб всё срывается?
АЛЕКСЕЙ. У нас же такая система. Личная жизнь тоже планируется. Из центра. Даже если дело страдает.
СЕРГЕЙ. Вот это пироги. Я уже губы раскатал.

Уходят в столовую.


Сцена двенадцатая

Слышен шум подъезжающей машины. Входят Председатель и Парторг.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. И ты думаешь будет толк?
ПАРТОРГ. Пробовать всё равно надо, сколько можно говорить.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Под твою ответственность. Что-то я не доверяю этим подрядам. Воли много. И поправить нельзя.
ПАРТОРГ. Поправить можно, только с умом. Чтоб не задевать их права, советоваться.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Доведут эти советы. Развалим хозяйство.
ПАРТОРГ. Одна беда. С личной жизнью у него не ладится.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Боишься, что не утвердят?
ПАРТОРГ. Боюсь. Надо биться.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Будем биться вместе. Не должны бабы делу мешать.
ПАРТОРГ. Помогать должны.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Хоть бы не мешали, и то дело. А то куда ни кинь. Что ни хороший человек, то и разлад. Что за время пошло.
ПАРТОРГ. Такое наше время. Собственности нет — вот людей ничего и не держит, если чувства нет. Энгельс это давно объяснил. Парный брак — дитя частной собственности, нет её — нет и парного брака.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ну, это ты загнул. К чему это мы придём. К полной распущенности?
ПАРТОРГ. Распущенность от бескультурья, а не от безбрачия. Брак — дело двоих. Не вышло — расстались. Свобода выбора.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ты парторг или кто? Что ты проповедуешь? А дети?
ПАРТОРГ. Вот на детях и проверяется культура. Культурный человек сможет свои отношения строить без ущерба для детей.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Куда-то мы заехали. Тебя послушать, так при коммунизме вообще брака не будет.
ПАРТОРГ. Уверен.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Нет, я лучше при социализме буду жить. Тут спокойней.
Выходят Сергей и Алексей.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ (к Алексею) Ну, что, голубчик, обдумал предложение?
АЛЕКСЕЙ. Обдумать-то обдумал, да не совсем.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Что мешает?
АЛЕКСЕЙ. Личная жизнь.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Слушай, да решись ты на что-нибудь одно. Сколько можно на развилке сидеть? К какому-то краю надо прибиваться.
АЛЕКСЕЙ. Вроде уже склоняюсь к разводу. Только долго надо Ленку готовить. А то я боюсь за неё.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Вот и готовь. И давай о деле уже думать. Время не ждёт.
ПАРТОРГ. А мы будем тебя перед райкомом отстаивать. Ты уж смотри.
АЛЕКСЕЙ  (к Председателю) Как же это вы, Николай Степанович, согласились на это дело? Это ж уже не в вашей власти будет. На договоре.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Я б и не согласился. Да вот парторг уговорил. И райком настаивает. Честно говоря, если бы не ты, я бы и не пошел на это. Сам подумай, кому бы я доверил такую бригаду?
ПАРТОРГ. Да, весь расчёт был на тебя. Ты же на этом собаку съел.
Входит Валентина. Здоровается.
ПАРТОРГ. Вот и личная жизнь твоя пришла. Хорошая будет пара.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. И агроном тебе в бригаду.
ВАЛЕНТИНА. Не пойду.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Куда ты от него денешься?
ВАЛЕНТИНА. А кто я ему?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Скоро будешь кто.
ВАЛЕНТИНА. Серьёзно?
Смотрит на Алексея. Он невозмутим. Снова на Председателя.
ВАЛЕНТИНА. Разыгрываете?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Что тут разыгрывать? Человеку надо личную жизнь устраивать. И делом начинать заниматься. А с вами до дела тут?

Прибегает Сергей.

СЕРГЕЙ (к Алексею) Слушай, там с Ленкой что-то. Отравилась, что ли? Скорая в больницу увезла.
АЛЕКСЕЙ. А дочка?
СЕРГЕЙ. У бабки.
АЛЕКСЕЙ (к Парторгу) Иван Васильевич, вы с машиной?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Бери мою — гоните.
Алексей и Сергей убегают.
ПАРТОРГ. Вот тебе и личная жизнь. Не зря он все боялся.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Откуда она узнала?
ВАЛЕНТИНА. Может, ничего страшного?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Не дай бог доярку потеряю. Что за жизнь?
ПАРТОРГ. А Алексей всё же прекрасный человек. Я его как-то мало знал. Повезло тебе, Валя.
ВАЛЕНТИНА. Да уж повезло. Дальше некуда.
ПАРТОРГ. Не надо так. Ты не бросай его. И не ревнуй. Он тебя любит. По-настоящему.
ВАЛЕНТИНА. Улетел вихрем.
ПАРТОРГ. Думаешь, если б с тобой такое — не улетел бы?
ВАЛЕНТИНА. Кто его знает.
ПАРТОРГ. Ты его знаешь.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Вон, летит обратно.
ПАРТОРГ. Что же там случилось?
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Сейчас узнаем.
ПАРТОРГ. В партию бы его. Да никак нельзя. Из-за личной жизни. Что за порядки? Хорошего человека не можем принять, а дураку — никаких преград.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Это всегда так было.
ПАРТОРГ. Так не должно же быть.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Будет.
ВАЛЕНТИНА. Какая мне разница — в партии или нет. Лишь бы со мной. Ничего больше не хочу.

Входит Сергей.

ВСЕ. Ну что?
СЕРГЕЙ. Грибами отравилась. Кажется обойдется. Ничего страшного. Он там с ней остался. Сказал — оттуда сразу на поле поедет.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ. Ну, слава Бoгy.
ПАРТОРГ. Как жить-то теперь будем?
ВАЛЕНТИНА. Как? Никак — он же с ней остался.
СЕРГЕЙ (Валентине) Да, он просил, чтобы ты к матери сходила, узнала, что с дочкой, может, тоже грибы ела.
ВАЛЕНТИНА. Ещё приказывает. Ладно, я пошла.
ПАРТОРГ. Так и будем жить — по совести.
СЕРГЕЙ. Лишь бы платили нормально.

Все расходятся.


Сцена тринадцатая

У поля. Край посадки. На траве, между кустов, лежит Наташа. Загорает, без верхней части купальника. Подходит Алексей. Видит Наташу, останавливается, не решаясь подходить.

НАТАША (не поворачиваясь) Что, первый раз женщину увидел.
АЛЕКСЕЙ. А... что так-то?
НАТАША. Загораю. На юг мне уже не вырваться, так я тут. Детей к матери отвела, иду домой.
АЛЕКСЕЙ. И не дошла?
НАТАША. Как видишь.
АЛЕКСЕЙ. А раздетая почему?
НАТАША. Кто ж одетый загорает?
АЛЕКСЕЙ. Ну не так же?
НАТАША. Эх, тёмный ты человек.

Она поднимается, закрываясь халатом.
НАТАША. Весь запад так загорает. Отвернись, дай одеться.

Алексей отворачивается.

АЛЕКСЕЙ. А ты откуда знаешь?
НАТАША. Райка парторгова в Греции была. Отдыхала.
АЛЕКСЕЙ. Тоже так?
НАТАША. А как же?
АЛЕКСЕЙ. Как он её отпустил?
НАТАША. А у них так — на доверии. Никакой ревности.
АЛЕКСЕЙ. Я бы никогда не отпустил. Чтобы голиком загорала.
НАТАША. Запада боишься?
АЛЕКСЕЙ. Увидел бы кто — был бы ей запад.
НАТАША. Ты ж вот увидел.
АЛЕКСЕЙ. Так то я.
НАТАША. А чем ты не такой.
АЛЕКСЕЙ. Я к тебе по-доброму.
НАТАША. Ах. Ах. Они по доброму. Сволочи вы все, мужики.
АЛЕКСЕЙ. Что-то ты сегодня грустная? Песен не поёшь.
НАТАША. Какие песни, Алешенька? Жизнь моя рушится. Не знаю как быть.
АЛЕКСЕЙ. Что-нибудь случилось?
НАТАША. Случилось, Алешенька, случилось. Узнала я случайно, что мой с врачихой быковской путается. И давно. А врал-то, а врал. Святым прикидывался. Кому верить, Алешенька?
АЛЕКСЕЙ. Может обойдётся?
НАТАША. Да как же обойдётся? Что обойдётся? Всё. Всё рухнуло. Если бы не дети, руки бы наложила.
АЛЕКСЕЙ. Нет.
НАТАША. Что нет?
АЛЕКСЕЙ. Не наложила бы.
НАТАША. Откуда ты знаешь?
АЛЕКСЕЙ. У тебя натура не такая.
НАТАША. А какая?
АЛЕКСЕЙ. Ты бы ему отомстить решила. Точно так же.
НАТАША. А с кем, по-твоему?
АЛЕКСЕЙ. Думаешь, ты сюда случайно пришла?
НАТАША. Думаю, случайно.
АЛЕКСЕЙ. И случайно разделась, когда меня увидела?
НАТАША. Дурак.
АЛЕКСЕЙ. А я ноль внимания.
НАТАША. Железяка ты, а не человек.
АЛЕКСЕЙ. Я, честно говоря, прибалдел.
НАТАША. Серьёзно?
АЛЕКСЕЙ. Что я, чурка деревянная?
НАТАША. Разгадал ты меня, раскусил.
Вдруг распахивает халат.
НАТАША. Так на. Пробуй. Я сладкая.

Прижимается к Алексею. Он машинально обнимает её.

АЛЕКСЕЙ. Как же я Серёге... в глаза...

Наташа отшатывается. Запахивает халат.

НАТАША. А как же он, сволочь, мне в глаза глядел? Все вы кобели, все.
АЛЕКСЕЙ. Ну, подожди.

Алексеи подходит, обнимает её. Она прижимается к нему.

НАТАША. Алешенька, родной. Ласки хочу, жалости. Утешь ты меня. Хоть раз в жизни. Хоть раз. Чтобы вспомнить, что было. Жизнь уходит, годочки не успеваешь считать. Алёшенька, пожалей, дай сердцу волю. Сколько же мы врать будем друг другу?
АЛЕКСЕЙ. Где ты слова-то берёшь такие?
НАТАНА. У меня сердце тает. Родной. Все слова тебе скажу.

Алексей сдвигает с плеч Наташи халат.

НАТАША. Уйдём. Увидит кто.

Уходят в заросли.


Сцена четырнадцатая

Вечер. У конторы молочного комплекса. Сергей сидит, опустив голову. Алексей входит, садится. Молчат.

СЕРГЕЙ. Всё. Остался я один.
АЛЕКСЕИ. Как?
СЕРГЕЙ. Наташка ушла.
АЛЕКСЕЙ. Что, совсем?
СЕРГЕЙ. А ты видел её?
АЛЕКСЕЙ. Видел. Она сказала, что детей к матери отвела.
СЕРГЕЙ. Она совсем ушла.
АЛЕКСЕЙ. Перебесится, вернётся. Она у тебя хорошая.
СЕВГЕЙ (спокойно) Попробовал?
Напряженное молчание.
СЕРГЕЙ. Попробовал. Ходил я за ней, видел то место. И босоножки забыла.
АЛЕКСЕЙ (сглатывая слюну). Ты прямо сразу. Была она там, загорала, случайно её увидел. Жаловалась.
СЕРГЕЙ (с надеждой). У вас что, правда ничего не было.
АЛЕКСЕЙ (уверенней). Что ты духом упал?
СЕРГЕЙ. Иду, смотрю — босоножки стоят, и трава примята кругом, а ты тут рядом косишь. Думал — всё. Помню, что она рассказывала, как девкой по тебе сохла. Думал...

Молчат.

СЕРГЕЙ. А что она ещё говорила?
АЛЕКСЕЙ. Кто-то ей сказал про врачиху...
СЕРГЕЙ. А-а-а. Верка чёртова. И я дурак. Осмелел. Днём заявился. И сразу доложили.
АЛЕКСЕЙ. Деревня. Что думаешь делать?
СЕРГЕЙ. И врачиха не мила. К детишкам привык.
АЛЕКСЕЙ. Сходи к ней, может, ничего.
СЕРГЕЙ. Был я. И видеть не хочет. А какая тихая была. Всё, бывало, понежничать хочет. А я не подпускал близко.
АЛЕКСЕЙ. Вот и упустил.
СЕРГЕИ. Лёха, может ты с ней поговоришь?

Алексей молчит.

СЕРГЕЙ. Ну что, поговоришь?
АЛЕКСЕЙ. Да... не знаю.. .
СЕРГЕЙ. Тоже не хочешь помочь. Друг называется.

Молчат.

СЕРГЕЙ. Уеду. Уеду туда, в Чернобыль. Там хоть дело настоящее. Мужское. Славутич строить поеду.
АЛЕКСЕЙ. Пред сейчас не отпустит.
СЕРГЕЙ. Всё равно уеду. Пришлют документы.
АЛЕКСЕЙ. А дети?
СЕРГЕЙ. Идти в ножки ей кланяться? Хрен с маком. Не дождётся.

Молчат.

СЕРГЕЙ. Пить будешь?
АЛЕКСЕЙ. А есть?
СЕРГЕЙ. Пошли.
АЛЕКСЕЙ. А загрызнуть?
СЕРГЕЙ. Всё есть.

Уходят.


Сцена пятнадцатая

Поздний вечер. За селом. Большое дерево. С разных сторон входят Алексей и Валентина.

ВАЛЕНТИНА. Ну, что там с Ленкой? Серьёзно?
АЛЕКСЕЙ. Вроде ничего страшного. Больше шума.
ВАЛЕНТИНА. Слава Богу. А то аж не по себе стало. Был человек и... (смотрит на небо) Бр-р. Как это люди травятся, топятся, под поезд бросаются?
АЛЕКСЕЙ. Не все же такие, как ты.
ВАЛЕНТИНА. Какие?
АЛЕКСЕЙ. Тебе никакая беда не страшна.
ВАЛЕНТИНА. А какая со мной беда может приключиться? Самая главная беда уже есть. Что ещё надо для полного счастья?
АЛЕКСЕЙ. Ты всё о своем?
ВАЛЕНТИНА. А ты как думал? Люди смеются. По деревне не пройдёшь. Все почему-то говорят, что ты к Ленке вернёшься.
АЛЕКСЕЙ. Нет, к Ленке пути нет.

Молчат.

АЛЕКСЕЙ. Как она смотрела на меня. Умер бы на месте от жалости. Такими несчастными глазами, что даже засомневался — не нарочно ли она грибов наелась.
ВАЛЕНТИНА. Любит.
АЛЕКСЕИ. В том-то и дело, что любит. И я боюсь, что это всё. Никого она больше не захочет. Вот беда-то. И я, получается, виноват.
ВАЛЕНТИНА. А кто же виноват? И я вот... Птичка райская. Где бы грибов этих найти?
АЛЕКСЕИ. Вы что совсем меня хотите со свету сжить?
ВАЛЕНТИНА. Тебя сживёшь. Хоть бы поцеловал для разнообразия.
АЛЕКСЕЙ. Как ты заговорила.
ВАЛЕНТИНА. А что ты как чурбан — разговоры да разговоры. Нет бы обнять, да к сердцу прижать. Ох, и затрепетала бы я...
АЛЕКСЕЙ. Птичка райская.
ВАЛЕНТИНА. Не любишь ты меня. Не любишь. Мучаешь.

Молчание.

ВАЛЕНТИНА. А ты выпивши, что ли?
АЛЕКСЕЙ. Серега горе заливает и я помог.
ВАЛЕНТИНА. У них что, серьёзно с Наташкой?
АЛЕКСЕЙ. Накапал кто-то ей про Серёгину кралю.
ВАЛЕНТИНА. Так ему и надо. Прямо побесились сегодня все. Что за лето? Год вроде не високосный.
АЛЕКСЕЙ. Год зайца.
ВАЛЕНТИНА. И бегут все, как зайцы. Куда зря.

Молчание.

АЛЕКСЕЙ. Видишь вон ту звёздочку?
ВАЛЕНТИНА. Ну.
АЛЕКСЕЙ. Вот она с виду холодная, далёкая.
ВАЛЕНТИНА. Ну и что?
АЛЕКСЕЙ. А если лететь и лететь к ней, то она будет теплее, теплее.
ВАЛЕНТИНА. К чему ты это?
АЛЕКСЕЙ. А если ещё ближе подлететь, то она тебя сама захватит, притянет и ... всё.
ВАЛЕНТИНА. Что всё?
АЛЕКСЕЙ. Пропал. Оттуда уже не вырвешься.
ВАЛЕНТИНА. Откуда?
АЛЕКСЕЙ. Не отпустит звезда.
ВАЛЕНТИНА. У тебя что, ещё звезда появилась? Одной звезды тебе мало? Звездочёт.
АЛЕКСЕЙ. Валька-Валька, всё ты к своему сводишь.
ВАЛЕНТИНА. А ты думал игрушечки всё.

Молчание.

АЛЕКСЕЙ. Не пора ли нам бай-бай?
ВАЛЕНТИНА. Надоела я тебе?
АЛЕКСЕЙ. Вставать рано.
ВАЛЕНТИНА. И меня не приглашаешь.
АЛЕКСЕЙ. Я тебя провожу. У меня еще контрольная. И когда заниматься? Где на всё время взять?
ВАЛЕНТИНА. Уже и я стала мешать.

Молчание.

ВАЛЕНТИНА. Лёша, почему ты сегодня такой?
АЛЕКСЕЙ. Какой?
ВАЛЕНТИНА. Холодный, как та звёздочка.
АЛЕКСЕЙ (поёт) А ты такой холодный,
Как айсберг в океане...
Пойдём по домам. Провожу.
ВАЛЕНТИНА. Не надо меня провожать.
АЛЕКСЕЙ. Ну как хочешь.
ВАЛЕНТИНА. Я с тобой пойду.
АЛЕКСЕЙ. Пойдём. Только обратно провожать не буду.
ВАЛЕНТИНА. А я и не пойду обратно.
АЛЕКСЕЙ. Смотри, дело хозяйское.
ВАЛЕНТИНА. Лёша.
АЛЕКСЕЙ. А?
ВАЛЕНТИНА. Ну что с тобой?
АЛЕКСЕЙ. Ты какие-нибудь частушки знаешь?
ВАЛЕНТИНА. К чему ты это спрашиваешь?
АЛЕКСЕЙ. Ну так знаешь?
ВАЛЕНТИНА. На фига они мне? Кто их сейчас поёт? Тётки старые?
АЛЕКСЕЙ. И я вот не знаю ни одной.
ВАЛЕНТИНА. А почему ты о них спросил?
АЛЕКСЕЙ. Ну что, давай решать.
ВАЛЕНТИНА (оживленно) Давай, я давно дожидаюсь. Все уши тебе прожужжала. Давай, решай скорее.
АЛЕКСЕЙ. Проводить тебя или сама дойдёшь?
ВАЛЕНТИНА (разочарованно) Вот и решили.
АЛЕКСЕЙ. Ладно, провожу.
ВАЛЕНТИНА. Да пошёл ты со своим провожанием. Без тебя провожатые найдутся. Подумаешь, ангел.

Убегает, закрыв лицо.

АЛЕКСЕЙ. Подожди, Валь, подожди, ну что ты так.

Уходит за ней.

Конец второго дня

День третий



Виталий Волобуев, подготовка и публикация, 2016



Следующие материалы:
Предыдущие материалы: