Дела на работе шли из рук вон плохо. К своим тридцати трем годам я успел достичь ка­рьеры успешного менеджера в одной консалтинговой фирме, хозяин которой даже выделил мне небольшую долю в бизнесе, предложив сформировать свой собственный филиал. Да, это был известный ход - дабы не потерять, в результате переманивания, например, ценного сотрудника, исправно приносящего осязаемую прибыль, можно выделить ему небольшую долю в бизнесе. Все было бы сносно, если б не экономический кризис, разразившийся в 2009 году. Немало солидных фирм утонуло, как Титаник, множество преуспевающих менед­жеров и руководителей остались без работы и скорее напоминали колорадских жуков в же­лезном ведре моей бабушки на огороде непосредственно перед процедурой их умерщвления. В последние годы, мне кажется, вдумчивые люди с проницательным взглядом научились различать в человеке не только милиционера, домохозяйку, студента, профессора, но и эту прослойку скользковатых людей в своих вечных пиджаках и галстуках - менеджеров. Эта их внешняя одинаковость еще больше вызывала ассоциаций с жуками.

Так вот дела мои двигались неважно. Я с треском проваливал сделки одну за другой, поза­был давно, что значит хороший бонус, и стрелка прибыльности надежно прилипла где-то не­далеко от нуля. И никакие самовнушения, что дела поправятся, мне уже не помогали. Пистолет покупать было еще рановато, но я плавно скатывался к краху. Да и что толку с — оружия, жизнь всегда хитрее индивидуума: метко выстрелил Мартынов, ну а памятник-то по­ставили Лермонтову. Видя мое подавленное состояние, моя дражайшая половина предложила планировать последующие сделки, согласуясь со звездами, попросту говоря, приналечь на гороскопы. Я высказал сомнение по поводу действенности такого средства. Если бы гороскопы и вправду помогали, половина бездельничающих жен уже давно бы слезла с шей своих обе­спечивающих мужей, более того, они стали бы богочеловеками. Но уверенность в себе моя была не так крепка, как прежде, я позволил себя убедить, и ближайший уик-энд мы провели, изучая ворохи газет и журналов соответствующего содержания. Вооружившись небесными познаниями, я смело ринулся в новую трудовую неделю. Сделки теперь я заключал только по рекомендованным небесами дням, в «нехорошие» дни не рисковал вовсе, вообще вел себя, как паинька, и ожидал скорых результатов. Результаты не заставили себя долго ждать, к концу недели я осознал, что все планы провалились, сделки оказались меганеудачными. Придя домой в пятницу вечером, я закрылся в своем крошечном кабинетике и употребил добрую половину бутылки имевшегося в тайном шкафчике виски. Самочувствие улучшилось, но ненадолго.

Субботнее утро не обещало коренных изменений к лучшему. Моя любимая гражданская жена, без слов догадавшись о происходящем, сказала, что еще не все потеряно и в случаях неудач имеется более действенное средство, чем гороскопы. Это гадалки.

-    Хоть гадалки, хоть каталка, я одинаково готов на все, - ответил я. Сопротивляться ей не было никаких сил, да и я нутром чуял, что терять более просто нечего. Закрывая на мгновение глаза, я сразу же видел тысячи змеиных голов шипящих лишь одно: «Банкрот... банкрот... банкрот». Не откладывая дело в долгий ящик, мы с утра поехали к одной очень маститой прорицательнице. На удивление, Анжела (так ее звали) оказалась вполне земной и вполне вменяемой женщиной лет 65, и все выглядело так, будто мы попали в гости к дальней родственнице, а теперь будем пить обеденный чай и обсуждать муниципальные сплетни. Картину портил только разноглазый черный кот невероятных размеров, родствен­ник тому коту, по-видимому, которого описывал Булгаков в книге «Мастер и Маргарита». Насколько хозяйка кота была мила и доброжелательна, настолько же он был агрессивен и мистичен. Да и веяло от него абсолютно не мышами, а скорее потусторонним миром.

Более всего на свете я не любил роли подопытного. И просто ненавидел роль жду­щего подопытного. Женщины, как старые знакомые, уединились в спальне гадалки, мне же оставалось только вполуха слушать по включенному радио новости да посматривать за перемещениями по комнате недовольного животного семейства кошачьих. Речь между дамами, несомненно, шла обо мне. Время тянулось медленно. Я вдоволь понаблюдал за повадками пушистого воина, который пробегая рядом, непременно шипел и даже порыки­вал. Ощущение было такое, что он искал на ковре последние пять копеек, чтобы спешно убраться в магазин за новой порцией рыбы, а гость в доме нарушал все его планы. Я чуть было не заснул в кресле, когда дверь из спальни отворилась и сияющая жена зачастила: «Милый, все будет в порядке, Анжела нам поможет, все будет хорошо». Прорицательница взяла мою руку и принялась внимательно ее рассматривать. Время стало тянуться еще медленнее, у меня затекла нога, но я боялся пошевелиться, чтобы не нарушить гробовой тишины, вдруг воцарившейся в доме. Куда-то мигом делся и прохиндейный кот.

-   Ну что ж, - нарушила первой тишину Анжела, - ничего страшного на горизонте я не наблюдаю. Скажите, - обратилась она ко мне, - а когда именно вы родились? Я ответил, что в соответствии со свидетельством о рождении это произошло 23 октября. Подумав с минуту, та отрицательно закрутила головой:

-   Нет, точно нет. Что могло значить ее «нет», оставалось только догадываться. Стряхнув паутину оцепенения, Анжела заговорила:

-    На самом деле ваш день рождения 20 октября, по-видимому, в метрике что- то на­путали, либо в родильном доме, либо в ЗАГСе, проклятущие бюрократы. Стало быть, вы мой друг, Весы, а не Скорпион, и все ваши потуги насчет гороскопов - пустое...

-    Вот тебе на, - успел выдавить я из себя. - Поверил, как мальчишка, этим астрологам.

-    Не огорчайтесь, и не такое бывает, - ответила гадалка. - Впрочем, на будущее, по­пробуйте воспользоваться прогнозами для Весов, хуже не станет.

-    Ну да не, станет, - начал я было мысленно парировать ей с употреблением самых изысканных матюков, но вовремя спохватился, а вдруг она и вправду умеет читать чужие мысли. По-моему, она распознала и без слов смысл моей тирады, потому что тактично от­вела глаза в сторону и возобновила разговор с моей женой на какие-то бытовые рутинные темы.

Как ни странно, визит к мистической даме подействовал на мое психологическое со­стояние положительно. Что ж, дело было за малым - найти свежие гороскопы, уже на Весы и действовать по ним. Если уж и магия, так сказать, дала свое добро...

Вечером мы с моей Кристиной прекрасно поужинали и для закрепления успеха от­правились развеяться в боулинг. Я, как обычно, с первого броска выбил «страйк» и все кегли легли как по команде. Успех еще немножечко приподнял настроение, хотя чем больше я бросал, параллельно наполняясь живительной влагой «махито», тем меньше попадал в цель. Но я не расстраивался. И от этого радовался еще больше. Стало быть, не пришло еще время заводить собственного психоаналитика. После моих-то проблем какая еще чертова игра способна была меня заставить нервничать? Никакая.

Воскресенье прошло под эгидой закупок опять-таки всевозможных предсказательных изданий. Мы с Кристиной составили обширнейший порядок действий на последующие дни, с точным указанием, когда и что следует делать по работе. Усталые, но довольные собой, мы улеглись, предвкушая... о нет, совсем не занятия любовью, это само собой, а грядущую трудовую неделю.

Прошло несколько дней и планы по улучшению моей жизни стали воплощаться на все сто процентов. Мои прямые конкуренты плавно шли на дно, однако я, наоборот, набрав рискованных кредитов, все легко выплатил и чувствовал себя как со спасательным кругом в лагуне. Латание старых финансовых дыр продолжилось еще некоторое время, но через пару месяцев я уже вновь твердо стоял на ногах и, как говорится, нюхал воздух в ожидании дичи, ну или просто держал нос по ветру. В ближайшее время мы собирались расписаться с Кристиной и даже подумывали о ребенке. Какие еще ценности должны быть у настоящего мужчины? Правильно, работа и семья. А у настоящей женщины? Семья и работа. И без положительности в каждой из двух этих составляющих нормальной жизни нет. Можно не иметь жилья, денег и машины, это все прикладное, но вот без приличной работы мужчина захиреет очень быстро. А без семьи будет плохо работать.

Все шло равномерно и прекрасно. Мы отлично провели отдых в Ялте, лакомились со­зревающим инжиром с дерева и хурмой, плели лавровые венки и, облачившись в туники, устраивали фотосессии, посвященные, несомненно, римлянам и грекам. Отдых был непре­рывным наслаждением, но пришла пора возвращаться в Москву. Тут-то наша благодать и была снова разрушена.

Однажды в выходные (а у нас все события, как вы заметили, вечно приключаются в выходные) Кристина пришла не на шутку взволнованная со своего воскресного шопинга. Вспоминая позже события того злополучного дня, я думаю, как бы все происходило, если бы она, например, пришла с воскресного шейпинга.

Кристина ворвалась в спальню, где я изволил еще нежиться в постели, хотя и шел уже третий час дня, и затараторила. Оказывается, она встретила давнюю нашу знакомую Анжелу и, поблагодарив еще раз за прошлую помощь и подсказки, естественно, не — удержалась от вопросов, касаемых нашего будущего. По ее рассказу выходило, что впереди у нас крупные неприятности. Гадалка присела с женой в кафетерии и тщательно изучила руку супруги. Хотя тщательно не значит долго. Ей хватило и полминуты, чтобы вынести свой вердикт: «Ваш муж умрет. И это все, что я вижу». Подробностей не было, значит, эта тайна была неподвластна и нашей провидице. Кристина в ужасе металась по комнатам, не находя себе места:

-    Как... как это понимать? - вопрошала она, картинно поднимая руки к небу. Я лежал оглушенный и подавленный. Глубинный человеческий страх смерти покусывал меня где - то глубоко внутри и все больше растекался по телу. Я попытался натравить на этот страх холодный менеджерский разум, и пока эти две субстанции боролись во мне, я чувствовал себя безвольной мумией. В конце концов битва утихомирилась, причем явно в пользу жиз­нелюбивых материй. Короче, все было ужасно, но микроскопические шансы оставались. Во-первых, я еще не муж Кристины и с этой минуты стать им не тороплюсь. Во-вторых, мы об этом предупреждены заранее, значит, можно еще потрепыхаться. Хотя известия и впрямь нехорошие.