Олеся ШКРЕБА. Альманах "Белые кручи" № 4

ЧЕЛОВЕК И ЧАЙКА

Автор: Олеся ШКРЕБА

С.Ш. посвящаю

- О господи, да когда же ты сможешь заботиться о себе сама?! - зло покрикивая, мамаша швырнула к ногам дочери рыбу, металлически блеснувшую на матовой гальке.
- Тебе ли не знать, что не скоро... - тихо вздохнула Лесли, раскрывая худые облезлые крылья цвета морской пены в хороший шторм.
- Ты - чайка. Ты не должна бояться ни моря, ни сборища. Бойся людей - они коварны...
- Возможно... - пролепетала Лесли, пытаясь разделаться с ужином, противно скользившим по пористым камешкам. - Но ты же знаешь, что к морю я подберусь лишь тогда, когда выздоровею. А чайка, которая не парит над водным небом, обычно изгоняется из семьи...
- Делай что хочешь. Я не намерена больше тебя содержать, - гордо подняв клюв и слегка теряя равновесие, мать, подпрыгивая на гальке, пошла прочь от Лесли.
- Лети... - расстроено выдохнула Чайка, пряча под камни остатки недоеденной рыбешки.
Южная невеста плавно плыла по небу, растягивая розоватый шлейф нежного свадебного платья до самого горизонта. Кроваво-красные розы её букета сливались в один расплывшийся диск, который мед¬ленно полз к воде, и весь крохотный мирок Лесли был залит волшебными красками.
Она чувствовала пряно-солёный запах морской воды, смешивавшийся с горечью прибрежных водорослей, и ей казалось, что это флёр духов Закатной невесты...
На берегу сидел человек. Одной рукой он опирался на остывающую гальку, второй подпирал голову, поставив локоть на колено. Холодные изумрудинки моря падали ему на лицо, и он нервно жмурил тогда глаза. Лесли заинтересовалась одинокой фигурой и, отчаянно хромая, дошла до него. Длинные каштановые волосы прикрывали часть лица, и Человек иногда отбрасывал уже влажные пряди назад. Он пристально смотрел на горизонт.
«Глаза цвета лимонного лунного луча, отраженного в ночном море...» - думала Чайка, не способная оторвать взгляда от Человека.
- Ты необычна, - негромко сказал Человек, аккуратно перемещая руку к Лесли.
- Неужели ты совсем не боишься меня?
Лесли не боялась.
Она подошла ближе, запрокинув голову и откровенно заглядывая Человеку в глаза. Чёрные смородины её глаз смотрели болезненно влюблённо...
Человек осторожно взял Чайку в руки, не желая ненароком повредить её крылья и не понимая, что истинные крылья у неё начали расти лишь сейчас.
- Знаешь, а ты мила... Ты не такая, как остальные чайки. Ты доверчива... Послушай! Ты, наверное, тоже любишь закат?
Лесли повернула голову и увидела кусочек розового шифона облака.
- Любишь... - понял Человек. - И ты, наверное, тоже одна?
Человек посмотрел кругом, и ни одной чайки так и не увидел.
- Впрочем, зачем говорить? Ведь мы друг друга и так понимаем...
Наступила знобяще-тёплая ночь. Человек не выпускал Чайку из рук, согревая её теплом своего тела и дыхания, и Лесли уснула. Впервые за свою короткую птичью жизнь уснула счастливой. Ей приснился Бог - добренький старичок в дырявой хлопковой рубахе и поношенных штанах, с целой кор - зиной рыбы. Приятной, нескользкой рыбы.
- Послушай, Лесли, - сказал Он. - Я могу забрать тебя с собой сейчас. В моей стране ты всегда будешь любоваться Невестой и есть то, что тебе нравится, но ты никогда больше не увидишь своего Человека. Ты можешь остаться с ним. Если он пробудет с тобой сутки - ты излечишься. Если бросит - ты навечно попадёшь в семью, и летать по-прежнему не сможешь.
- Человек...- трепетала во сне Лесли, - Человек...
- Это твой выбор, - добродушно пожал плечами старичок и ушёл.
Лесли проснулась в тёплой охапке сухих водорослей. Видно, Человек ночью положил её туда и ушёл.
«Он вернётся!» - с радостной надеждой подумала Чайка, с трудом доползая до зарытой рыбы.
Солнечные блики рассыпанным ожерельем перекатывались по шелку моря. На пляж стекались люди, словно каменные волны города выбрасывали их на берег. Солнце поднималось всё выше и выше.
Лесли уже была полуживая от голода. «Чайки еды больше не принесут. К воде идти неразумно - взлететь не удастся. Подползти к людям - глупо: дети задушат в дружеских объятиях маленькую Чайку», - думала она. Ей оставалось только надеяться на Человека...
Вот уже и свадебный букет Невесты покатился к горизонту, а Человека всё не было. Он мчался в большой железной коробке к северу страны:
- Знаете, ребята, сегодня на пляже мне в руки далась чайка. Вот умора!
Лесли лежала на холодной гальке. Ей привиделся волшебный профиль её Человека - нос с небольшой горбинкой... чуть выдающийся вперёд подбородок... Вспомнились пальцы - недлинные и тонкие, которыми он перебирал перья Чайки, как струны...
Лесли умиротворенно улыбалась, а в глазах играла тоскливая безнадёжность. Её маленькое птичье сердечко замерло. В крохотном мирке Чайки наступила темнота... вечная темнота...

Оценить Добавить комментарий